Web hosting Custom Email SiteBuilder

На крышах снега забелеют,
Все круче наклон параллелей.
И я позабуду аллею,
Где часто с тобой мы сидели.

Прогулки по парку меж сосен,
По берегу тихой речушки
Прервала холодная осень...
Желтеют и вянут опушки.

Изнанкой негаданной грусти
Проходят последние встречи.
Стареют червивые грузди
И время их смертию лечит.

Улыбка, в глазах непогода -
Дитя пасмурнеющих мыслей.
Гнетут, разрастаясь, заботы...
Все плохо - в глубины ли, в высь ли.

Все плохо - везенье, невзгоды,
Издохли последние чувства.
Копил я за пазухой годы,
А глянул - все девственно пусто.

Смотрел я в диск солнца хрипатый,
Лучами лобзающий травы.
Смотрел, без вины виноватый,
В колодец шумящей дубравы.

И всюду - печать угнетенья,
Оттенок вселенской печали.
И снова - следы разоренья,
Где раньше кумиров встречали.

Космических шахматных партий
Наш мир жертва шаха и мата...
В руинах порушенных хартий
Звучала соната распада.


Цикл: "Звуки тишины".

Ночь. 

Нетронутою света сень почила...
День выдал все... Святая ночь к земли
Устам ладони мрака приложила,
Дыхание замедлив той... Внемли
	Свиданью тишины со звездным вихрем.
	Но, тише! Ты влюбленных не спугни
	Хрустальной паутиной звуков. Тих, всем
	Миром околдован ветер. Гни
Легонько пальцем хрупкую былинку, -
И треск, пространство сотрясая сна,
Родит она. Вуаль луны долин гул
Окутает, приглушит; и луна,
	Задумчива, печальна, озаряя
	Холмы, узрит внезапно: по полям,
	Стремительная, словно ветер мая,
	Проскачет полночь, волю дав коням.

Тишина.

Вечерний сумрак. Дальний свет. Звезда.
Мгновения сплетаются в года.
Ночные звуки. Тонкая рука...
Луна. Года сплетаются в века.

Покой. Замерзли мысли. Тишина.
Чу! Весел плеск!.. Тумана пелена
Скрывает цепь событий. Из окна 
Видна
Лишь смоль воды, небес голубизна.


Видение.

Чуть брезжит.  Поднимается луна,
Гирляндой облаков оплетена,
На холм.  И дальних гор веретена
Пронзают бледно-белые тона
Луны.  Едва колышется вода,
В ладонях донесенная до рта.
Видение: прекрасна, молода, -
Русалка чешет косы у пруда.
                                                   

Березка.

Без спросу к нам врывается весна.
Березка, белоствольна и стройна,
Ручьями сока - вешнего вина -
Беспечно орошает склон холма.
И вдохновенья теплая волна
Пьянит. Плывут дворцами терема,
В вечерней шири чудится Сама.


Закат солнца.

Голубой покой, святая тишь...
Небо. Я молчу и ты молчишь...
Нервная охватывает дрожь...
Не скажу: ни слова не поймешь.
	Нежная позванивает нить, -
	Время, - не успев еще остыть,
	Возрождая искрами экстаз,
	Рассыпает звон хрустальных ваз.
Светлая подрагивает тень,
Медную охватывая синь.
Солнце, завершая ясный день,
Дню-слуге приказывает: "Cгинь".

*  *  *
                                      
Холодное вино,
вид светлого пространства тишины.
сие, что нам дано...
я видел мелочи хозяйственного быта.
Душа моя разбита.
Светлый день
и пропасть плоского экрана у лица.       

Побег.

Прочь от невидимых тайн, от ненайденных кладов
В черную-черную ночь. Заметаю следы.
В город серебряных лун и кровавых закатов,
В край облетевших берез и уснувшей воды.

Пламя над городом, голубизна небосвода,
Ни дуновенья в массивах лесных. Тишина.
Мощно, недвижно вокруг расцветает природа.
Блещет неистовством силы чужая страна.

Край развенчания тайн и раскрытия кладов,
Разоблаченных иллюзий, растраченных снов.
Ветер любви тихой грустью звенящего лада
Сердце встревожит и древних коснется основ.

Солнце, челом пламенея, восстанет над миром,
Море бушующей мощи на землю излив,
В гниль разметав алтари поклоненья кумирам,
Золотом славы покрыв безымянный залив.

Чистая боль рассечет на мгновения век мой;
Блекнет твой лик, словно памяти высох родник. 
Это побег..!

Наука.

Мы искали тебя, наш зарею воздвигнутый храм;
Темных глаз поволока.., разбитый громадой бессилья,
Приношу свою жертву чужим, незнакомым мирам
Заунывного берега края вселенной непознанного изобилья.

В этих узких каналах вращается времени круг,
Что за тонкой границей исчезнет навеки... но трудно
Разорвать кольца переплетенных в отчаяньи рук,
Разбудив силы вепря, что спит в темноте беспробудно.

Зов понесся: "Подобный, коль рящешь, услышь и ответь!"
За минорным закатом, как септы, остатки надежды.
Чую жизнь, и желанье гнетет - раньше времени спеть,
Чтоб, как время настанет мне петь, - посрывать все одежды..,

А, как время настанет срывать все одежды, - усну,
Буду плавать во сне до прихода желания спеть..,
Вновь его упредить..., а зациклится, - кану ко дну,
Все узлы развяжу - успокоится времени плеть.

И запутаюсь в сеть.., нет, пройду сквозь нее, как медуза,
Чье нежнейшее тело сачок так безжалостно рвет;
Тихо плачет под тяжестью столь непосильного груза -
Своей плоти, что в грубой среде тяжелее любой из невзгод.

Кто запутался в сеть бытия, кто взлетает до солнца..,
Опалившись, рожденный летать вновь неволен ползти.
Кто несется в пространстве, не ведая края пути,
Кто сидит у оконца...

Ты ответишь на мой недозаданный горе-вопрос:
"Выше высшего Высшего высшего Высшего нет."
Возвышаясь, сонет, выше звезд возвышаясь, сонет
Выше вдребезги умного в землю всеобщую врос.

Врос вопрос, мозг замолк, обожженный каскадом идей,
Пораженный невидимой, явленной миру, угрозой..,
Отрезвленный злодей осознал общность рас и людей,
Мощность разных людей, единенных сознанием грезы.

Где духовная проза, там слезы в огне, меч в стене.
Где зарезана фраза - подобие глаза в окне.
Где не выдана виза - пробитая музой дыра
"Стужу" с "лужей" рифмует... -  каноны диктует пора

Воплощенных идей... но ведь правда - все поражено
Ливнем нами же явленной, созданной в мире угрозы.
Стадо гулких вопросов и кредо ответов дано...
Тяжко ноет сердечко в груди первозданной занозой.

Затуманенных формой частей непроявленной сути
В состоянье отринуть не каждый, но каждый познал
Молоточек от молота, долбящий в хилые груди... -
Так Икара учил умудренный веками Дедал.

Экстаз.

Начало стихотворного рассказа
Не отдалось в конце еще ни разу.
Так, падая, не понимает ваза
Смертельного разбития экстаза.* 

	И, в сердце формируемая, фраза
	Не будет знать, кого она влекла за
	Собой. Ведь гармоничных слов зараза
	Способна затуманить оба глаза.

Но вот экстаз! - мой пламенный рассказ
Объял конец с началом в первый раз.

*  *  *

Все это как:
	Приход на "вы",
	Стремленья плоти, дань восторгу
	И грань невидимой канвы,
	Переплавляющей пределы
	В безгрешном танце естества, 
	Дерев листва и возглас смелый, 
	Как нить пути, как звон меча
	По телу, 
	Прикрытому лохмотьями судьбы.
Все это как:
	Безвольный, жалкий, наглый, 
	Незваный гость, что в полумраке комнат
	Бесстыдно шарит в ящиках столов, 
	По книжным полкам и во тьме углов,
	В твоих глазах, на знающих отчета
	Ни перед кем; как призрак Ланселота
	Взывает кровью искупить вторженье
	Незваных посетителей - злых мыслей;
	Как вид обратной - (...)* , - стороны вещей.
Все это как:
	Безумное движенье
	К пределу славы.., или бег к концу;
	Как неудавшийся момент приятья
	Законной суеты, полет в Надличность,
	Что обречен на неудачу; поезд, 
	Стремящийся по рельсам к тупику
	(А там трава, шмели, сосна и небо,
	Звон лета, нега солнца, сна покой
	И ржавый остов прошлых революций).
Все это как:
	Финальный вид бессмертья,
	Как образ бога (но в пыли дорог
	Чей образ отпечатался); итог
	Беспечных странствий, но конец немыслим,
	Как точка в предложении, как пуля,
	Нашедшая невидимую цель,
	Несуществующую, что не может
	Принять ту пулю; как конец спектакля,
	Как заколоченные окна дома
	Заброшенного; как зола костра,
	Что, догорев дотла, еще дымится
	В стремленьи одолеть Закон Конца;
	Как на лету подстреленная птица;
	Как линии любимого лица
	В разбитом... зеркале природы.